В советское время выбор имени особенно остро зависел от исторического контекста, и перемены в стране быстро находили отклик даже в ЗАГСах.
После революции многие дореволюционные имена стали восприниматься как символ «старого мира». Такие варианты, как Агафья, Евдокия, Матрёна или Фёкла, постепенно выходили из употребления, уступая место более современно звучащим формам. Молодые родители стремились подчеркнуть разрыв с прошлым и выбирали имена, которые ассоциировались с обновлением и новой жизнью.
В моду вошли мягкие и благозвучные имена на «-ина»: Валентина, Галина, Антонина, Нина. Они казались аккуратными и светлыми, хорошо вписывались в представление о «новом человеке». При этом некоторые привычные классические имена временно теряли популярность, тогда как другие, напротив, неожиданно оказывались на пике спроса.
Идеологические перемены порой приводили к смелым экспериментам. В первые десятилетия советской власти появлялись имена, составленные из лозунгов и аббревиатур: Даздраперма («Да здравствует Первое мая»), Ким (Коммунистический интернационал молодёжи), Мэлис — комбинация фамилий Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина.
В 1930-х годах неожиданно широкое распространение получило имя Светлана. Оно воспринималось как светлое и домашнее, что, вероятно, отвечало общественному запросу на стабильность и надежду. Имя сохраняло популярность на протяжении десятилетий, переживая смену политических и культурных ориентиров.
Военные и послевоенные годы изменили родительские предпочтения. Всё чаще девочек называли Татьянами, Натальями, Ольгами, Иринами — именами спокойными и традиционными, словно обещающими устойчивость. В этот же период настоящим феноменом стала Елена, которая в отдельные годы входила в число безусловных лидеров по стране и удерживала позиции на протяжении долгого времени.
К концу XX века тенденция изменилась: родители начали искать менее распространённые варианты. В постсоветский период в моду вошли имена, легко произносимые на разных языках и звучащие универсально — София, Анна, Мария, Ева, Виктория.
Филолог Лев Успенский отмечал, что искусственно созданные имена редко переживают своё время. По его словам, язык не склонен сохранять формы, которые требуют лишних усилий и не укореняются в живой речи.
