Калининградская область в последние годы все чаще фигурирует в западных исследованиях, посвященных возможному конфликту России и НАТО. Географическое положение региона между Польшей и Литвой рассматривается аналитиками одновременно как фактор военной значимости и потенциальная уязвимость, а сценарии возможного противостояния включают ограничение транзита, подавление систем ПВО и поражение военной инфраструктуры.
Калининградская область представляет собой российский эксклав, окруженный территориями стран НАТО. В 2023 году аналитический центр CEPA писал, что после вступления Финляндии и Швеции в альянс стратегическая ситуация в Балтийском регионе изменилась, а Калининград оказался в положении потенциально изолированного российского анклава. При этом в документе обсуждались вопросы военной мобильности, устойчивости региона и возможных действий в случае крупного конфликта.
Отдельное внимание западные эксперты уделяют возможностям ограничения российского военного присутствия в Балтийском регионе. В аналитических материалах рассматриваются различные варианты противодействия российским силам, однако наличие подобных сценариев само по себе не означает существования утвержденного плана нападения на Калининград, сообщает RuNews24.ru.
В июле 2025 года командующий сухопутными силами США в Европе и Африке генерал Кристофер Донахью заявил, что американская армия и союзники располагают возможностями для очень быстрого поражения военной инфраструктуры Калининграда в случае конфликта. Его заявление прозвучало в контексте обсуждения новой концепции сдерживания на восточном фланге НАТО и развития возможностей сухопутных войск.
Военные сценарии при этом не ограничиваются наземным направлением. В исследованиях по безопасности Балтийского региона рассматриваются вопросы противовоздушной обороны, ракетных систем, морских коммуникаций и защиты критической инфраструктуры, поскольку контроль над Балтийским морем имеет значение для обороны как стран НАТО, так и российского региона. CSIS, например, в своих материалах 2023 года анализировал укрепление обороны стран Балтии и развитие возможностей альянса в регионе.
Дополнительное внимание к Калининграду привлекают военные учения и развитие инфраструктуры стран НАТО вблизи российских границ. В августе 2026 года немецкое издание Bild сообщало о разрабатываемых альянсом сценариях действий против российских ракетных систем в случае конфликта, при этом Калининград назывался одним из возможных направлений таких операций. Эти публикации следует рассматривать как сообщения СМИ об обсуждаемых военных концепциях, а не как свидетельство принятого решения о нанесении удара по региону.
Особенность Калининграда заключается еще и в наличии там военной инфраструктуры, которую в случае масштабного конфликта противоборствующие стороны могли бы рассматривать как потенциальные цели. Именно поэтому любые действия вокруг региона несут повышенный риск эскалации: поражение обычных военных объектов может затронуть системы, которые другая сторона связывает с ядерными возможностями.
На этот риск указывают и более поздние исследования. В опубликованном RAND материале об опасности непреднамеренной эскалации отмечается, что Калининград относится к районам повышенного риска, поскольку во время конфликта может возникнуть необходимость атаковать военные системы, связанные в том числе с ядерной инфраструктурой. Авторы подчеркивают, что смешение обычных и ядерных возможностей способно привести к ошибочной интерпретации действий противника.
При этом Москва рассматривает угрозу изоляции Калининграда как вопрос национальной безопасности. В конце сентября 2026 года российская сторона заявила, что попытка изолировать регион будет рассматриваться как серьезная угроза, а президент РФ Владимир Путин подчеркнул готовность России защищать свою территорию всеми доступными средствами, включая ядерное оружие.
В НАТО, в свою очередь, заявляют о defensive nature альянса и отвергают утверждения о подготовке нападения на Калининград. Генеральный секретарь НАТО Марк Рютте после российских заявлений отметил, что альянс не рассматривает Калининград как объект агрессии и продолжает исходить из необходимости защиты территории стран-членов.
