Я 12 лет работаю прорабом на стройке элитных домов под Москвой: пока хозяйка в третий раз переделывает спальню из-за оттенка дерева, мать звонит и думает, как дожить до пенсии и оплатить коммуналку.
В такие моменты особенно ясно понимаешь, насколько разные миры существуют рядом. Мы с семьёй живём в обычной двухкомнатной квартире площадью 52 квадратных метра и не жалуемся, но контраст с тем, что я вижу на работе, поражает.
В домах, которые мы строим, гардеробные для обуви и сумок больше нашей квартиры. Ванные комнаты по размеру сопоставимы с моей кухней и гостиной вместе взятыми, а установка одной каменной ванны требует полдня кропотливой работы из-за точности подгонки.
Иногда встречаются помещения, назначение которых трудно понять. Комнаты для упаковки подарков, библиотеки с дорогими кожаными томами, к которым никто не прикасается, или целые зоны для хранения пустых чемоданов. Всё это существует просто потому, что может существовать.
Как-то мы оборудовали на участке детскую площадку — по уровню она напоминала хороший городской парк. Пятилетний сын хозяина подошёл к отцу и спокойно сказал: «Эта горка надоела, купи другую». Для него это была обычная просьба.
А мой племянник уже два года мечтает о простом велосипеде. Семья не может его купить из-за ипотеки и постоянных расходов. В элитных домах детские комнаты завалены игрушками, которыми играют несколько дней, а затем забывают. При этом детей воспитывают в основном няни, а родителей они почти не видят.
Я же помню своего отца, который после смены на заводе всё равно выходил со мной во двор погонять мяч. Денег было немного, но тепла и внимания хватало.
На объектах к рабочим часто относятся как к части интерьера — желательно незаметной. Однажды хозяйка прямо сказала: «Рабочие портят вид». Нас кормят отдельно, наш санузел находится в цоколе, а управляющий сразу предупредил: всё увиденное и услышанное считается коммерческой тайной.
При этом их собака живёт в утеплённой будке, а готовит ей отдельный повар.
Иногда случайно услышанные разговоры точнее любых цифр описывают происходящее. «Народ должен довольствоваться тем, что у него есть. Не могут же все жить как мы», — легко говорят за бокалом дорогого вина.
Хозяйка может пожаловаться подруге на «медлительную горничную», предполагая отсутствие образования. На самом деле эта женщина — дипломированный педагог, вынужденный работать уборщицей, чтобы прокормить семью.
При всей внешней роскоши эти дома наполнены тишиной и одиночеством. Хозяйка как-то призналась горничной: «Иногда завидую простым людям — у них есть настоящие друзья». Их окружают либо те, кому они платят, либо те, кто ждёт выгоды. Дети растут с нянями, супруги общаются через помощников.
Каждый вечер я возвращаюсь домой с чувством благодарности. Меня встречает жена с простым ужином, сын показывает рисунки и просит почитать перед сном. Мы не богаты, но мы вместе.
