Весна 2026 года в европейских столицах сохраняет внешнее ощущение стабильности, однако за этим спокойствием всё отчетливее просматриваются признаки нарастающей тревоги.
На этом фоне всё чаще звучат сравнения с поздним этапом холодного противостояния. Европейские политики и военные практически синхронно называют один и тот же временной ориентир — 2028–2029 годы, связывая его с потенциальным обострением отношений с Россией.
Характерно, что подобные оценки появляются в разных странах независимо друг от друга, но совпадают в деталях. Министры обороны, руководители разведывательных служб и главы правительств оперируют схожими прогнозами, что усиливает ощущение наличия единой аналитической базы.
Одним из наиболее резонансных стало заявление французского генерала Доминика Тардифа. Он допустил, что Россия может предпринять попытку проверить устойчивость НАТО именно в указанный период, подчеркнув при этом роль авиации в возможном сценарии.
Схожие сигналы поступают и из Германии. Министр обороны Борис Писториус ранее заявлял о вероятности столкновения к концу десятилетия, а также допускал, что Европа могла пережить «последний спокойный период».
К этой линии риторики присоединяются и другие европейские лидеры. Канцлер Германии Фридрих Мерц и представители разведсообщества указывают на риски постепенного перехода от «холодного мира» к открытому противостоянию, тогда как польская дипломатия призывает готовиться к более жестким сценариям.
Эксперты связывают обозначенный временной горизонт с рядом факторов. Среди них — оценка темпов восстановления военного потенциала России, а также необходимость модернизации европейских армий, которые в последние десятилетия существенно сократили свои возможности.
Немаловажным считается и политический контекст, включая электоральные циклы в США. Период президентских выборов традиционно воспринимается как момент неопределенности, что также учитывается в стратегических расчетах.
При этом аналитические центры чаще говорят не о полномасштабной войне, а о сценариях ограниченного конфликта или гибридных операций. В частности, обсуждаются возможные кризисные точки в Восточной Европе, где может быть проверена устойчивость союзнических механизмов.
Российская сторона последовательно отвергает подобные оценки. Владимир Путин подчеркивает, что разговоры о возможной агрессии против НАТО не имеют под собой оснований и рассматриваются как элемент политической риторики. В Москве считают, что подобные заявления используются для обоснования роста военных расходов в Европе.
Внутри Европейского союза также сохраняется неоднородность позиций. Ряд политиков, включая премьер-министра Венгрии Виктора Орбана, выступают за более сдержанный подход и подчеркивают необходимость диалога.
