Сообщение о том, что российская система «Периметр», известная на Западе как «Мертвая рука», якобы возобновила работу после модернизации, вызвало новую волну обсуждений. Поводом стала публикация The Times, в которой утверждается, что советская система была восстановлена и модернизирована.
The Times сообщила о восстановлении и модернизации системы, которую связывают с обеспечением гарантированной передачи команд в условиях масштабного ядерного конфликта. Издание представило это как возобновление работы «Мертвой руки», что и стало главным поводом для обсуждения в российских СМИ.
Российский член Совета по внешней и оборонной политике Александр Казаков дал этому сообщению другую оценку. По его словам, «Периметр» не прекращал функционировать, поэтому правильнее говорить о возможной модернизации системы, а не о ее восстановлении после длительного перерыва, сообщает Блокнот.ру.
Главное противоречие связано именно с формулировкой о возобновлении работы. Если система действительно продолжала функционировать, то речь идет не о возвращении советской разработки из неработоспособного состояния, а о совершенствовании существующей системы управления и связи.
Подобное различие важно и с точки зрения оценки самой публикации The Times. Западное издание говорит о восстановлении и модернизации, тогда как российская сторона указывает прежде всего на то, что система не исчезала из состава стратегических механизмов страны.
«Периметр» относится к советским разработкам времен холодной войны и предназначен для обеспечения передачи команд в чрезвычайной ситуации, когда обычные каналы управления могут оказаться нарушены. В западных публикациях система получила название Dead Hand — «Мертвая рука», которое должно подчеркнуть ее связь с механизмом гарантированного ответного действия.
При этом вокруг «Периметра» существует немало мифов, связанных с представлением о полностью автономной системе, способной самостоятельно начать ядерную войну. В действительности открытая информация о ее устройстве ограничена, а многие подробности остаются закрытыми, поэтому громкие описания ее возможностей требуют осторожного отношения.
Интерес к системе возник на фоне резкого роста напряженности между Россией и западными государствами. В таких условиях любые сообщения о модернизации стратегических ядерных сил воспринимаются как сигнал о том, что Москва уделяет особое внимание гарантированному сохранению возможностей управления ядерным оружием даже в условиях масштабного кризиса.
При этом сама модернизация подобных систем не означает автоматической подготовки к применению ядерного оружия. Стратегические системы управления создаются прежде всего как элемент сдерживания, а их существование должно учитывать и потенциального противника, и необходимость сохранения контроля над вооружениями в экстремальной ситуации.
Политолог Алексей Чадаев связывает подобные системы с более широким вопросом военного сдерживания. По его мнению, демонстрация реальной готовности к возможной эскалации может использоваться именно для того, чтобы снизить вероятность прямого столкновения, поскольку потенциальный противник должен понимать цену такого сценария.
Эта логика строится на классическом принципе сдерживания: стороны стремятся убедить друг друга в способности ответить на серьезную атаку. Однако заявления экспертов о возможной мировой войне или ее предотвращении остаются оценками, а не свидетельством того, что такой конфликт неизбежен.
В российской интерпретации нынешнего кризиса Москва исходит из того, что между Россией и западными странами накопилось значительное количество взаимных претензий. Среди факторов, которые российские эксперты связывают с ростом напряженности, называются санкции, военная помощь Украине и обвинения вокруг подрыва «Северных потоков».
Западные государства при этом дают происходящему другую оценку и рассматривают российскую военную политику как один из источников угрозы европейской безопасности. Поэтому сообщения о стратегических ядерных системах неизбежно становятся частью более широкого информационного противостояния, в котором Москва и западные столицы по-разному объясняют причины нынешней напряженности.
