Новые американские санкции против России сталкиваются с неожиданным для Вашингтона фактором — мировым дефицитом сырья. Пока США усиливают давление на покупателей российской нефти, перебои с поставками из Персидского залива поддерживают спрос на альтернативные источники и одновременно подталкивают цены вверх.
18 сентября Дональд Трамп подписал закон, получивший название Lindsey O. Graham Sanctioning Russia and Iran Act of 2026. Документ расширяет санкционные механизмы против России и Ирана, предусматривает дополнительные тарифные инструменты и дает американскому президенту новые возможности для давления на государства, продолжающие закупать российские энергоносители, сообщает NEWS.ru.
Главной проблемой для Вашингтона становится то, что российская нефть продолжает находить покупателей за пределами западного рынка. Индия остается одним из крупнейших импортеров российского сырья, а Китай в последние месяцы увеличивает закупки на фоне сокращения поставок с Ближнего Востока.
При этом ситуация не выглядит однозначной для Москвы. Reuters отмечает, что российские поставки в Индию в сентябре могут снизиться примерно до 1,75 млн баррелей в сутки против 2,1 млн в августе, тогда как китайские покупатели активнее конкурируют за доступные объемы. Таким образом, санкционное давление действительно меняет структуру торговли, но пока не устраняет российскую нефть с мирового рынка.
Особенно показательно изменение цен. В середине сентября стоимость российского ESPO на фоне повышенного спроса со стороны китайских НПЗ впервые с апреля превысила $120 за баррель, а цена Urals поднялась примерно до $110. Reuters связывает это с перебоями на Ближнем Востоке и сокращением поставок из региона.
Получается парадоксальная ситуация. Ограничения, призванные сократить доходы России от экспорта сырья, действуют одновременно с рыночным фактором, который повышает стоимость доступной нефти, а значит, способен поддерживать экспортные поступления даже при сокращении физических объемов.
Еще один важный элемент — логистика. Российские компании продолжают перестраивать маршруты поставок, а Китай получает часть сырья через Дальний Восток и Северный морской путь. При этом атаки на российские портовые и нефтяные объекты действительно создают дополнительные сложности: Reuters сообщал о заметном падении экспорта через Новороссийск из-за регулярных атак беспилотников.
Вашингтон тем временем пытается воздействовать не только непосредственно на Россию, но и на ее крупнейших покупателей. Новый американский закон предусматривает возможность применения тарифов к странам, которые продолжают закупать российские энергоносители, что особенно чувствительно для Индии.
Однако Нью-Дели уже дал понять, что энергетическая безопасность остается для него ключевым вопросом. Индийские власти предупреждали США о рисках для двусторонних отношений и мирового энергетического рынка, если давление на закупки российской нефти будет резко усилено.
Для самой Индии выбор становится непростым. Сокращение закупок российской нефти означает необходимость искать дополнительные объемы на других рынках, а именно сейчас альтернативное сырье дорожает из-за перебоев в поставках из Персидского залива. Reuters уже фиксировал рост стоимости альтернативных сортов, которые индийские НПЗ вынуждены закупать вместо части российских объемов.
Похожая проблема проявляется и на рынке дизельного топлива. В США розничная цена дизеля недавно достигла рекордных $6,53 за галлон, а администрация Трампа уже рассматривает возможность ограничить экспорт американского дизельного топлива, чтобы увеличить предложение на внутреннем рынке.
Но такой шаг способен создать новую цепочку последствий. США являются крупнейшим экспортером дизеля, поэтому сокращение американских поставок может усилить дефицит топлива в Европе и других регионах, а мировая переработка и без того работает под повышенной нагрузкой.
Именно поэтому разговор о новых санкциях против российской нефти нельзя отделять от ситуации на мировом энергетическом рынке. Если одновременно ограничивать поставки из России и сталкиваться с перебоями на Ближнем Востоке, любое дополнительное сокращение предложения способно привести не только к снижению российских экспортных объемов, но и к дальнейшему росту мировых цен.
Эта зависимость уже отражается в прогнозах аналитиков. По данным последнего опроса Reuters, эксперты повысили прогноз средней цены Brent на 2026 год до $89,05 за баррель, объясняя пересмотр прежде всего затяжными перебоями с поставками через Персидский залив и неопределенностью вокруг Ормузского пролива.
